22 октября, 15:22

Заветное место вепсов

Настрой душу на контакт – и чудный мир откроется


Рядом с высоким Святым камнем над Чурручьем в заповедном Вепсском лесу человек кажется маленьким. Поднимаешь голову вверх – скала. Кажется холодной, а прикоснешься – тепло. Камень рельефный, со стороны напоминает голову доброго великана. Сбоку – полукруглая глубокая ниша.

Знатоки говорят, что обычаи вепсов крепко связаны с сохранением исторических и природных ценностей. С оберегом старинных, в XIV–XVII веках построенных без единого гвоздя церквей и часовен (иные уже безвозвратно утрачены – погорели). И с сохранением этого «тайного места» в долине реки Чурручей, неподалеку от ее устья – Святого камня, к которому со стародавних времен люди приходят «по завету» и оставляют «жертвы» – полотенца, иконки, свечи, обереги.

По завету

К языческому поклонному камню – красно-рыжей скале – нас взялся отвести житель Присвирья, краевед и писатель вепс Пётр Васильев (как он сам о себе говорит – потомок заповедной веси). Этот путь для каждого стремящегося сюда человека свой, как говорится, не торенный, не близкий. Чтобы попасть к камню, надо переплыть реку Оять на лодке, ключ от которой можно взять у местной бабушки. Но есть еще способ: докричаться до человека на другом берегу. «Только он на ухо туговат, – объяснил Пётр. – Иногда не дозваться, как повезет».  

Повезло. Услышал и перевез. Пока плыли, рассказывал об огромных рыбинах, которых он ловит на блесну. А когда оказались в крохотной деревушке Чурручей, не без гордости показал баню, которую топят по-черному. Деревянные кадки, домотканые половики; по-домашнему уютно, и дух целебный…

История этой деревни давняя. В писцовой книге Обонежской пятины 1563 года упоминается «починок на усть Чюра-ручья на Имоченицкой пожне», тогда этот населенный пункт входил в состав Никольского Ярославского погоста и принадлежал помещикам Скобельцыным. В начале прошлого века в деревне было девять дворов, а сейчас – не больше пяти.

Посидели на лавках за длинным деревянным столом на высоком берегу реки и отправились в путь по тропе, ведущей через лесистые холмы к святому камню. Пётр предупредил: надо настроиться – подумать о том, что дорого, а что хотелось бы изменить, вспомнить о сокровенном. Он обнял дерево и попросил хозяина вепсского леса метц-ижанда пропустить нас к камню (не всякого лес пускает!). Отправились дальше, попутно собирая грибы – подосиновики, сыроежки. «Значит, лес принял», – сделал Пётр вывод после очередного найденного гриба. Вепсы называют это «коллиян кюндлед» (грибной дождь).

Последний отрезок пути к камню – крутой отвесный спуск, ведущий к Чурручью, с деревянными перилами – от дерева к дереву. Небольшая часовня Николая Чудотворца, дерево с ленточками – их завязывают люди, приходящие к камню, который, как верят вепсы, спасает от разных напастей, тревог и болезней. Можно прийти и загадать желание, которое обязательно сбудется, – только в это надо поверить и никому о желании не говорить.

Подхожу, заглядываю в полукруглую нишу и вспоминаю верное слово «пестор» (священная пещера). Позже Пётр рассказал, что первыми ее обнаружили в 1912 году лесорубы, сплавлявшиеся по Чурручью, который тогда был шире, к Ояти. Они увидели в гроте образ Христа, и с тех пор сюда потянулись люди с «заветами» (искусно вышитыми полотенцами), поверившие в силу камня.

Вот и мы загадали желание, каждый свое, вошли в часовенку, где обязательно надо оставить какую-нибудь небольшую вещичку, оберег (главный оберег с младенчества у местных людей – тряпичная «куколка-мать») – обращение к духам леса. В кармане нашелся только кленовый лист, который я зачем-то незадолго до этого подобрала в деревне Холодные Ручьи другого района Ленобласти – Кингисеппского, где живут потомки еще одного малого коренного народа, ижор. Уж очень красивый лист оказался.

Послание от предков  

Языческие верования в этих краях тесно переплелись с христианством, которое вепсы приняли еще в XI столетии (правда, в писцовых книгах или житиях святых использовалось иное наименование древних вепсов, остававшееся официальным до 2017 года, – чудь). Здесь можно узнать много интересного.

«В каждой деревне издавна был свой святой. Гости из соседних деревень ходили на богомолье, а заодно навестить родных, – рассказывает Пётр. – До сих пор в дальних деревнях люди верят, что неведомые силы защищают их от разных напастей. И нет мелочей: даже обычный паучок может восприниматься как посланник от мира предков, а птица или животное – нести какое-то предупреждение. До сих пор совершаются обряды, которыми руководят старые и знающие люди».

По словам нашего провожатого, у вепсов немало «тайных мест». Щелейки, Гимрека, Сарозеро, Шондовичи, Ярославичи, Тервиничи – даже сами названия деревень и озер звучат сказочно…

Пётр не первый год водит группы туристов по родной земле. А на вопрос, не способно ли появление чужаков нарушить дух этих мест и не повредят ли они «потомкам заповедной вести», отвечает так: «Я вожу небольшие группы по некоторым сакральным местам вепсского леса. Делаю это очень осторожно и выборочно, чтобы не обидеть духов леса суетой и праздностью, порой присматриваюсь к гостям – и веду не всех. Люди обижаются, но я чувствую, когда они еще не готовы по своему настрою прикоснуться к миру, который нельзя превращать в туристический объект. Но если вижу, что кому-то очень нужна помощь предков, то мы идем к священным камням или деревьям с большим почтением и без слов, чтобы не потерять силу».

К Святому камню люди часто ходят, когда жизнь меняется, трудно принять какое-то решение, тревожно за перемены или что-то случается и надо это пережить. «Приезжие тоже к обычаям и поверьям нашим приобщаются, – объясняет Пётр. – Только, конечно, лес должен к камню пустить. А пускает он исключительно человека с добрыми помыслами. И если тот сильно в исполнение своего заветного желания поверит, то оно исполнится. А вот когда исполнится то, о чем вы просили, обязательно надо прийти сюда снова, в знак благодарности».

Раньше вепсы, получая от заветного места желаемое, шли либо в Александро-Свирский монастырь с коровой в дар, либо отправлялись в Соловецкий – трудниками. Тонкостей на пути к заветному месту немало, но главное – настроить душу на контакт, только тогда удивительный мир откроется.

Мы поверили – и теперь ждем исполнения наших желаний. Вепсский лес обмануть не может. Очень уж чист ручей, могучи деревья, хорош и силен Святой камень. Правда, и открывается он не всякому…

Евгения ДЫЛЕВА

Фото автора

Идешь к Святому камню – как будто находишься в другом измерении. Так и хочется заговорить по-вепсски. Кажется, слышишь особые, никогда не слышанные прежде мелодии и такие же мелодичные вепсские пословицы о деревьях:

– Пу мецас и се кулеб и нягеб (Дерево в лесу и то слышит и видит).

– Митте линдуйне, мугой и паёйне (Какая птичка, такая и песня).

А там уж кажется, что и читать по-вепсски не сложней, чем по-русски:

– Pen’t ed kazvata – sur’t ed nägišta (Не взрастишь малого – не увидишь великого).

– Pahas mehespäi pagene, hüväs pidelte (Плохого человека сторонись, хорошего держись).

– Ak – manzik mast‛jäine, a mam – robeh (Жена – корзинка земляники, а мать – короб берестяной).