Блокадный дневник стал основой «Двух капитанов»

Президентская библиотека раскрыла тайну замысла автора романа.

Акция по сохранению памяти о буднях осаждённого Ленинграда, объявленная в конце прошлого года, привела в Президентскую библиотеку Анну Черняк, поделившуюся потрясающим открытием, сообщили Online47 в библиотеке.

Она принесла для оцифровки блокадный дневник своего отца Юрия Хазанова и, кроме того, удивительное письмо, из которого можно заключить, что знаменитый писатель, автор «Двух капитанов» Вениамин Каверин тоже листал этот дневник а, возможно, даже использовал его при написании своих книг.

Блокадный дневник Юрия Давыдовича Хазанова (1915–1942) наполнен болью того времени. Получив инвалидность, связанную с болезнью сердца, ещё до Великой Отечественной войны, он не был мобилизован в армию и продолжал болеть, находясь уже в осаждённом городе.

«Мы остались в Ленинграде. Буду ли жив, не знаю, выдержит ли моё сердце. На всякий случай давай попрощаемся, моё счастье, ты со мной недолго прожила, но дала мне много счастливых минут», – писал он, обращаясь к жене, находящейся с дочерью в другом городе.

«Все эти записи придётся, наверно, уничтожить. А жаль! Мне бы хотелось, чтобы кто-нибудь, прочтя их, убедился, как тяжело быть калекой. Здесь меня прервала тревога», – гласит запись от 25 сентября.

И ещё одна запись о наступлении страшного 1942 года: «Новый год не принёс никаких облегчений. Живём без пищи, света, тепла и воды и вообще вряд ли переживём... Пожелали друг другу счастья, прослезились и в 8 часов легли спать, чтобы не захотеть больше кушать. И вот с 1-го числа наступил настоящий голод. Люди ходят по улице почти мёртвые. Я распух, как колода, нет сил двигаться».

А вот последние строки дневника (начало февраля 1942 года): «Моя мечта Батуми: забрать маму – и на юг, к теплу, морю, фруктам, овощам, к тихой, спокойной и мирной жизни. А ведь это не миф, а вполне реальные мечты. Я люблю свою семью, свою жену, свою мать, своих сестёр и готов пойти на любые жертвы для них. Я хочу жить, мне всего 27 лет. Я имею право на жизнь!»

Дальнейшую судьбу автора дневника можно узнать из писем, которые в начале 1980-х годов передал его дочери Анне друг детства Юрия Хазанова Яков Пятов. Хазанов всё-таки дожил до эвакуации, его повезли из Ленинграда в направлении Горького, но он умер по дороге…

«А после войны случилось так, что однажды мы познакомились с писателем Вениамином Кавериным, мы шли к дому по пути, – сообщает в письме Яков Пятов. – Разговорились, и он сказал, что хочет написать книгу о ленинградской блокаде, но не встречает достойных материалов. Я проговорился, что у меня сохранился дневник моего лучшего друга. Он очень просил дать ему дневник на кратчайшее время – на три дня, заверил меня в полной сохранности дневника и в том, что никому не покажет его. И я согласился. Я думал, может быть, увековечить память о столь прекрасном человеке, каким был погибший друг. Когда я через три дня пришёл к Каверину за дневником, то он очень извинялся за невыполненное обещание – он не удержался и показал дневник Юры своей семье, жене. Сказал, что ничего подобного по искренности и чистоте человеческой души он в жизни не встречал...»

И приписка: «Как он использовал прочитанное в дневнике, я не знаю. Прочитал далеко не всё написанное В. Кавериным».

Напомним, что ранее в рамках акции по сбору свидетельств о блокаде в Президентскую библиотеку поступили материалы об изобретателе, который в годы войны внедрял инновации в фарфоровое производство, о юных пожарных в осаждённом Ленинграде, об ужасах войны глазами художников и так далее.

На призыв Президентской библиотеки поделиться свидетельствами о том времени откликнулись около 200 человек, они передали более 900 архивных документов. Все они уже оцифрованы. При участии Президентской библиотеки в Санкт-Петербурге создан Единый городской информационный центр, координирующий освещение мероприятий к 75-летию полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады.

Фото: Президентская библиотека