В преддверии 23 февраля россияне вновь возвращаются к мысли о том, что же такое мужество, и где в современном мире присутствует героизм. Большинство неизбежно вспоминают о тех, кто сегодня находится на линии фронта. Тех, для кого слова отвага и доблесть обретают смысл буквально в эту самую секунду.
Но мало кто вспоминает, что подвиги вокруг нас совершаются ежедневно, а герои зачастую носят не только военную форму, а медицинские халаты и пожарные костюмы. Ко Дню защитника Отечества Online47 собрал истории о том, как мужчины находят место для героизма в повседневной жизни: на работе и дома.
Когда жизнь на волоске
Операционная в отделении хирургии начинает работу в 8 утра. В день там проходит по 4-6 плановых операций. Параллельно с этим поступают пациенты на экстренную помощь. Одни с обострением болезней, другие после тяжелых ДТП. Чтобы спасти человеческую жизнь, простоять у операционного стола порой приходится 9 часов к ряду. При этом, и твоих обязанностей заведующего хирургическим блоком никто не отменял: в любой момент могут позвонить коллеги с просьбой помочь и проконсультировать. Закончится рабочий день только когда последний пациент будет прооперирован. Так выглядит обычный рабочий день хирурга из Гатчинской КМБ Евгения Серезлеева.
из личного архива Евгения Серезлеева
В этом режиме Евгений живет последние шесть лет, а до этого – долгие годы учебы, практики в онкодиспансере, ординатура и различная профессиональная переподготовка:
«Как любому человеку, мне бывает непросто, особенно, когда поступают совсем молодые пациенты после тяжелых аварий или со злокачественными опухолями. Но я всегда возвращаю себя к тому, что надежда только на меня, и как хирург, я должен сохранять хладнокровие. Когда к нам попадают экстренные пациенты, мы и близко не предполагаем, что нам предстоит увидеть, насколько большой масштаб проблемы окажется. Так что привыкаем работать с тем, что есть. Врач должен быть в трезвом уме, чтобы контролировать ситуацию и помогать. Когда ты занес скальпель над пациентом, дороги назад уже нет: нужно вести дело до конца».
Умение эмоционально справляться – один из ключевых навыков, которыми должен обладать медик. Ведь как только ты присоединяешься к боли пациента, то уже не можешь его лечить: переживаешь и боишься делать лишний шаг. Для хирурга это может быть фатально.
«По этой причине мы обычно не лечим родственников – сложно эмоционально отделиться от них, – признается Евгений. – Но иногда делаем исключения. У меня отец участник СВО, и осколки из ноги я вытаскивал ему сам. Это частая история, что металлические осколки остаются в теле и первое время не вызывают дискомфорт. Но позже место начинает болеть, и двигаться становится сложно. Благо, у отца все было не так серьезно, и я готов был сам эту операцию провести. Тем более, что он у меня мужчина волнующийся. Пойти на фронт ему духу хватило, а идти к врачу было страшно. Поэтому на операцию он готов был только со мной».
из личного архива Евгения Серезлеева
На самом деле хирургическое отделение для многих выглядит пугающим: медицинские халаты, непонятные инструменты, наркозы. Врачам этот страх понятен, и они стараются по-максимуму работать с пациентами: объяснять, как будет проходить операция – шаг за шагом. Но при всех своих знаниях и умениях, медики по-прежнему остаются людьми, и неизбежны ситуации, когда страшно бывает даже им.
«В ковид пришлось нелегко. У нас тогда было отделение на 120 коек. Работала команда: терапевт-кардиолог, хирург, эндокринолог. Мы первое время даже домой не ходили – ночевали в стационаре. И когда врачи сменялись, мы все-равно не уезжали: не были уверены, что привезем домой, и как это будет распространяется. Работали в защите. Надевали один костюм, сверху другой, две маски, капюшон. В этом и по отделению-то ходить было жарко, а мы еще и оперировали. Ковид ковидом, а острый аппендицит у людей никто не отменял».
Работа хирурга – кропотливая и непростая, говорит Евгений. Каждый случай уникален, и над ним приходится ломать голову. Но провести операцию – это еще не все. Впереди – период восстановления. И здесь уже важен вклад самого пациента. Без его усилий все труды врачей могут оказаться пустыми.
«Всегда вспоминаю случай, когда к нам поступил мужчина с острым панкреатитом. Пациент не злоупотреблял алкоголем, не переедал, вел активный образ жизни, но столкнулся с диагнозом, который мог закончиться летально. Мы бились за него 45 суток. Назначали одни антибиотики, вторые, третьи. При этом, ты постоянно думаешь, оперировать его или нет. Нельзя сделать это слишком рано, но и запоздать с операцией нельзя. Нужно очень точно поймать момент. В итоге все обошлось хорошо, человек здоров. И насколько же он благодарен врачам и медсестрам! Он понимает тяжесть произошедшего и знает, каким трудом эти результаты были получены. Такой человек ценит и свое здоровье, и жизнь. Для врача это дороже любой благодарности. Ты идешь домой, сознавая, что люди выздоравливают, живут дальше свою жизнь, за которую они могут сделать еще много хорошего».
Полезный след для общества
Желание спасать жизни – то чувство, с которым нужно родиться. Для многих это ощущение становится решающим. Алексей Моисеев всегда хотел помогать другим. Размышляя о полезных и нужных профессиях, он неизбежно приходил к тому, что хочет быть врачом или пожарным. С первым не сложилось, а вот второе, и правда, оказалось для Алексея делом всей его жизни.
из личного архива Алексея Моисеева
«Сейчас я работаю в 119 пожарной части Волосовского отряда Леноблпожспас. Всегда хотелось иметь такую профессию, которая бы приносила пользу людям. Человек я верующий, и мои убеждения таковы, что нужно прожить жизнь не бесполезно. Необходимо оставить после себя какой-то след. Мне казалось, что пожарные делают достойное дело, которое, правда помогает людям. Туда я и пошел. Спустя много лет я не разочаровался, – полностью уверен, что все сделал правильно».
Работа пожарным – это не только спасать других. Вытаскивая людей из огня, нужно умудриться и самому остаться целым. И без божьей помощи здесь иногда бывает просто не обойтись.
«Однажды на выезде я подбежал к горящему дому, и женщина через окно передала мне коробку с иконами. Самая большая из икон упала в грязь, я ее поднял, уложил в коробку и оттащил все это, чтобы не сгорело. Пока мы тушили пожар, на меня обрушился фронтон дома. Меня увезли на скорой с подозрением на перелом позвоночника. Пострадал нерв, и две недели я не мог пошевелиться – лежал. Но каким-то чудом все обошлось: перелома не было, и я восстановился вообще без каких-либо последствий. Для меня эта история все еще остается удивительной. Невольно начинаешь связывать события того дня между собой».
Но возвращаться домой целым и невредимым Алексею важно не только из-за выбранной им миссии, но и из-за троих мальчишек, которые каждый день с нетерпением ждут папу домой.
из личного архива Алексея Моисеева
«Старший у меня уже в техникуме, учится на электрика. Я и сам по образованию строитель, так что частично сын идет по моим стопам. Среднему сейчас семь лет, самому младшему – пять. Стараюсь как можно больше времени с ними проводить. Средний и старший уже помогают мне с раскопками времен Великой Отечественной. Как член поискового отряда «Авангард» я их с собой иногда беру. Достаточно было один раз их свозить, и они этой темой прониклись, заинтересовались. Мы вели раскопки на территории бывшего концлагеря «Дулаг-102» в Волосово. Видел, что ребята с большим удовольствием помогали. Ну а дальше уже по накатанной: хотят идти со мной – беру. В итоге они даже награждены были медалями за свои труды. Так что, они у меня маленькие поисковики».
Как говорит Алексей, поисковые работы стали ступенью к тому, что дети искренне начали интересоваться историей и событиями Великой Отечественной войны. Отец поддерживает сыновей в их любознательности и по-педагогически подходит к вопросу: регулярно говорит с детьми о событиях тех лет, помогает запоминать даты и имена.
«Постоянно с ними повторяем даты начала и окончания войны. Говорим о блокаде, когда она началась и сколько длилась. То есть какие-то основы пытаюсь им заложить. Конечно, у каждого свой внутренний мир, но я пытаюсь донести до них то, что важно для меня самого: о том, почему нужно приносить пользу обществу. О том, что важно найти свое дело и идти по зову сердца».
Дети – самые великие учителя
Забота о детях – это вообще отдельный подвиг, который во многом сегодня остается недооцененным. Сложнее эта задача становится, когда ты учитель, и на твоих плечах оказывается ответственность не только за собственных детей, но и за чужих. Хотя и чужими их назвать нельзя. Каждый из них, как родной, за каждого болит душа.
из личного архива Андрея Гоголева
Андрей Гоголев преподает литературу школьникам уже 15 лет. Свою задачу как учителя он видит в трех вещах: научить читать, писать и понимать прочитанное/услышанное. Коллеги его в этой позиции поддерживают.
«Конечно, слово «читать» для взрослого человека будет гораздо полнее, чем для 7-классника. Поэтому с детьми я говорю о другом: мы замедляемся и вместо быстрого чтения осваиваем медленное. Вместо быстрого приема информации осваиваем медленный; не ищем быстрый способ написать сочинение по клише, а размышляем. Уходим от прописывания уже готовых слов. Обычно у детей нет каких-то ожиданий от учителя. Просто есть надежда на то, что с этим человеком будет полегче, а с тем повеселее. Но если идти с ними дальше, и честно работать, то начинает выделяться часть учеников, которым твой предмет правда интересен. Они уже сами следят за дисциплиной, просят задания, проявляют себя как ученики. Так можно заметить прорастание в человеке личности, за чем, лично мне, очень любопытно наблюдать».
Конечно, с окончанием уроков работа учителя не заканчивается. Дома ждут проверка домашних работ, составление планов занятий, голосовые упражнения (публичные выступления перед классом тоже требуют подготовки). Но самое главное, что в стенах дома не заканчивается и работа с детьми. У Андрея три дочки, которые делают каждый его день удивительным и непохожим на другой.
«В отцовстве самое интересное, что каждый день ребенок может тебя удивить. Видно все: как человек учится двигаться, видеть, ползать, указывать, улыбаться, говорить, играть и выдумывать. Все эти базовые для человечества процессы происходят на моих глазах вот уже в третий раз. Для меня ребенок – это сверхучебник по Вселенной. Если внимательно наблюдать, то можно очень многое понять про жизнь человека».
Старшей дочке Андрея уже шесть, средней – три года. Младшая Маша родилась всего месяц назад. Дома девчонки всегда встречают папу рисунками. Андрей очень ценит их творчество и даже организовал небольшую галерею для самых выдающихся их работ.
из личного архива Андрея Гоголева
Но самыми удивительными открытиями оказываются те, что происходят в душе маленького человека, говорит Андрей:
«Помню, старшенькая, Варя, заболела и у нее была температура. В ту пору она собирала деревянный пазл. Я видел, что болезнь ее клонит в сон, но она все собирает и собирает, пока у нее не сойдется. Тогда я много думал о подходе к Делу. Дети не «играют» в том смысле, который вкладывают в это взрослые. Дети делают Дело с огромной выдержкой и самоотдачей. Важно понимать, что сам список возможных дел предоставляем мы. Но эта сборка пазла на меня сильно повлияла: двухлетний человек делает свой проект, перебарывая головокружение, а я порой откладываю то дело, которое умею и которому меня учили. Мне стало очень стыдно перед ней за свою лень».
Конечно, когда детей трое, то и открытий становится в три раза больше, признается Андрей. Это заставляет идти домой с радостью и трепетом: чему же тебя научат собственные дети в этот раз?
Безусловно, место мужеству и героизму есть всегда. Достойно проживать каждый свой день – уже огромный труд. При этом, далеко не каждый решится брать на себя ответственность за чужие жизни. Когда от твоих действий зависит чья-то судьба – это непосильная ноша, справиться с которой могут только герои.
Дарья Нестерова
Фото: Валентин Илюшин/Online47
