Вопрос о подростковой преступности и наказании за него поднял Руководитель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин. На Международном молодежном юридическом форуме в Петербурге он высказался за введение уголовной ответственности для родителей, которые должным образом не воспитывают своих детей.
По его словам, детская преступность в России увеличилась на 21%. В прошлом году подростки совершили почти 12,7 тысячи тяжких и особо тяжких преступлений. А за этот год правоохранители зафиксировали уже 6 тысяч случаев.
Вместе с тем, школьники все чаще совершают нападения на собственные школы. Минувшей зимой СМИ облетела целая череда новостей о том, как подростки проносили в школу оружие и запрещенные предметы в попытках навредить одноклассникам и ученикам.
При этом, привлечь школьников к серьезному наказанию получается не всегда. Зачастую преступления совершаются до наступления возраста уголовной ответственности. По этой причине, как считает Александр Бастрыкин, необходимо снизить возраст привлечения к уголовной ответственности за совершение тяжких преступлений до 12 лет.
Рост подростковой преступности
Стоит сказать, что подростковая и детская преступность – это всегда довольно сложный и многогранный вопрос. За такими преступлениями зачастую кроются куда более сложные проблемы: отчуждение в семьях, буллинг в подростковой среде, негативные социальные нарративы, возрастные особенности.
Предложение решить вопрос жесткими наказаниями вызвал немало вопросов в сети. Особенно по части ответственности родителей. Безусловно, семья в ответе за то, каким растет их ребенок. Но и наказывать, не вникая в проблемы семей, нельзя, уверены россияне.
«Кто-то на СВО, многие работают вахтой, ездят по командировкам: дальнобойщики, полярники, да мало ли кто. Им что заранее сухари начинать сушить, если ребенок что-нибудь учудит? Даже в семьях, где все родители дома ночуют и усиленно занимается воспитанием, всякое бывает. Дети – они разные», – делятся пользователи сети.
Вместе с тем, некоторые отмечают, что воспитывать детей и правда стало сложнее. Наказать ремнем, как это было раньше, уже не получится:
«Попробуй сейчас накажи ребенка: он тебе и полицией, и опекой будет угрожать. Так кого надо в первую очередь наказывать?», – задается вопросом Наталья Петренко.
Как следствие, чувство безнаказанности может приводить к асоциальному поведению. Ребенок, который уверен, что за проступки ему ничего не будет, рискует оказаться втянутым в преступления, и довольно серьезные. Усиливает эффект и то, что подростки часто уверены в своей неуязвимости. В силу возраста и отсутствия опыта им может казаться, что они способны обмануть систему и избежать последствий.
Масло в огонь подливают и опасные игры, в которых дети участвуют ради стримов и просмотров в интернете. В прошлом году, например, были случаи, когда дети выбегали на проезжую часть и буквально бросались под машины. За это подростки надеялись получить деньги.
Наказание родителей – не спасительная вакцина
Вопрос, какова в такой ситуации вина родителей, довольно дискуссионный. Как считает Лариса Санатовская, исполнительный директор Общероссийской общественной организации «Национальная родительская ассоциация социальной поддержки семьи и защиты семейных ценностей», отвечать в такой ситуации должны обе стороны – и родители, и дети:
«Обе стороны должны нести ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Но все-таки вводить такие жесткие наказания для родителей, на мой взгляд, неправильно. Того усиления воспитательного процесса, который происходит, достаточно. В него сейчас активно включаются органы власти, ведомства. Большая работа ведется с родительским сообществом. Мне кажется, если все мы будем работать системно и слаженно, то и вопросов об ужесточении мер наказания у нас не появится».
Вместе с тем, как подчеркивает Лариса Санатовская, нельзя отрицать и внешнее влияние. По ее словам, работать над созданием комфортной обстановки для ребенка должна не только его семья, но и общество:
«Бывает такое, что семья старается создать соответствующую атмосферу, дать правильные принципы и правила жизни, но общество показывает ребенку совсем иное. Мы видим, что мир сегодня буквально сходит с ума. И весь этот негатив выливается, прежде всего, на детей. Но оттого, что мы накажем родителей, судьба ребенка не изменится, да и на социум вокруг него это никак не повлияет. Уголовное наказание для родителей – не вакцина, которая одномоментно всех спасет. Нужно бороться с причинами болезни, а не искать жестко действующее лекарство».
Где начинается детская преступность?
Безусловно, детская преступность – это всегда недостаток работы с такими ребятами. О чем в разговоре с Онлайн47 сказал и Борис Куприянов, профессор департамента педагогики института педагогики и психологии образования МГПУ. По словам эксперта, задача лежит не только на родителях, но и на педагогах. Профилактика деструктивного поведения нужна там, где уже появляется риск включения ребенка в преступность. А риск появляется, когда ребенок не вовлечен в школьную жизнь, когда у него нет друзей и занятий:
«Мы обычно спрашиваем детей для чего нужна школа. Они отвечают: чтобы учиться. Интересуешься, нравится ли им учиться. Ответ – нет. То есть ребята ходят туда, где им не нравится. Поэтому, в первую очередь, обращать внимание нужно на то, есть ли у ребенка свое место в школе. В одной из школ я видел, например, что мальчик открыл ларек по продаже канцтоваров. Да, у ребенка было неважно с учебой, но он ходил в школу, потому что у него там был свой небольшой бизнес. У ребенка должно быть то, зачем он ходит в школу. А если у него с учебой плохо идут дела, нет никакой социальной жизни, то и ходить в школу незачем. И на таких детей уже нужно обращать пристальное внимание».
Особенно в зоне риска могут оказаться подростки 12-13 лет. По словам Бориса Куприянова, именно в этом возрасте дети ищут ситуации риска:
«Мы должны создавать для ребенка педагогически грамотное приключение, чтобы он свое стремление к риску мог реализовать. Нужны походы, или любые другие экстремальные виды практик, в которых мы можем обеспечить ребятам безопасность и дать возможность испытать эмоции, которые для них очень важны в этом возрасте. Особенно это необходимо тем детям, которые склонны к риску. Если мы не создадим для них соответствующие пространства, то они будут искать эти возможности в более опасных сферах».
Вместе с тем, несмотря на активные попытки школ, государства и детских учреждений организовывать досуг, школьникам, на самом деле, не хватает вовлеченности, отмечает эксперт:
«У российских детей сейчас много разных активностей, кружков и объединений, в том числе патриотических, куда они могут вступать. Но детям все-равно не хватает вовлеченности. Ключевой момент состоит в том, что ребенок должен выступать с инициативой. Взрослым проще самим придумать мероприятие, организовать его, собрать ребят. Но проблема в том, что мы сами все за них придумали. У детей просто нет возможности проявить свою фантазию, способности. Да, им может быть интересно в процессе. Но это не их личная история», – объясняет Борис Куприянов.
Самоуправление – еще одно важное качество, которому сегодня не обучают детей, говорит эксперт. С детей очень часто снимают ответственность и боятся им что-то доверить. В результате, проявлять самодостаточность и быть хозяином ситуации подростки стремятся за пределами школ и кружков, где все за них решили взрослые:
«Детская инициатива снимает вопрос о том, что ребята будут целенаправленно вести себя неподобающим образом. Но вопрос в том, что мы готовы доверить детям? Если мы хотим, чтобы подростки впитали ценности, которые мы им даем, то необходимо строить жизнь вместе с ними, а не вместо них».
Если этого не добиться, говорит Борис Куприянов, общество и дальше будет искать новые способы наказания для тех, кто не смог эти ценности понять и принять.
Фото: Валентин Илюшин/Online47
