Бьёт, значит сядет: как усмирить домашнего тирана

Общественное обсуждение законопроекта о профилактике домашнего насилия продолжится до 15 декабря

Представленный Советом Федерации законопроект о профилактике домашнего насилия вызвал горячие споры. Сторонники и противники разделились примерно пополам, и дело не в том, что кто-то считает: бьёт, значит любит, а другие категорически против «любящего» кулака... Online выяснил главные аргументы тех, кто «за» и «против», а эксперты высказали свой взгляд на документ и его законотворческие перспективы.

Что предлагается

По примеру ряда стран мира, предлагается ступенчатая система «шагов» – предписаний, которые, по мнению инициаторов законопроекта, ставят защитный забор между обидчиком и жертвой. Причём основную роль при этом должен играть "третий сектор" – некоммерческие организации (НКО).

Остаются вопросы

Итак, общественникам отводится роль сопровождающего, способного информировать, реабилитировать, защищать.

Но вот вопрос: насколько квалифицированно и, соответственно, эффективно они могут это делать и принесут ли желаемый эффект информационные кампании.

Есть в законопроекте и такая позиция, как «гражданин, которому становится известно о фактах или угрозах семейно-бытового насилия». Но как проверять, насколько достоверна информация и серьёзны эти самые факты и угрозы?

Давние споры идут и по поводу фискальных функций медучреждений, в которые обращаются пострадавшие (в документе говорится о необходимости информировать правоохранительные органы). Жертвы домашнего насилия далеко не всегда готовы к принудительному вмешательству в семейный конфликт.

Не пропустите

Домашнему тирану предстоит покинуть дом, в котором он бесчинствовал. А основанием для этого, как считают авторы документа, должно стать временное (от месяца до года) судебное защитное предписание или защитный ордер на срок от 30 до 60 суток. Но есть такой нюанс: эта мера может быть применена только если у тирана есть возможность переселиться в другую квартиру. Притом и 40-ю статью Конституции о праве на жилище никто не отменял.

Наконец, документом предусмотрены: мониторинг ситуации; сбор статистических данных; предоставление статистики в правоохранительные органы.

По каждой из позиций остаются вопросы: какими силами, на какие средства, а главное, с какой целью НКО это будут делать?

Экспертное мнение

Дебаты разгорелись особенно после того, как документ был опубликован, и сенаторы объявили о том, что в течение двух недель готовы принимать конструктивные предложения, замечания и возражения.

"Стоит вспомнить, что годами и десятилетиями работают разные организации – правозащитные и кризисные центры, которые давным-давно провозгласили те же цели, что и предлагаемый сегодня законопроект, – высказывает свой взгляд на документ юрист, член коллегии адвокатов Санкт-Петербурга Станислав Замятин. – Преимущественно они состоят из тех, кому хорошо известна проблема, но при этом им приходится признать, что невелика правоприменительная практика, так как даже в тех случаях, когда удаётся собрать доказательную базу (как правило, со свидетелями туго), такие дела рассыпаются. Жертвы либо начинают жалеть обидчиков, либо не хотят «светиться» в суде. Вызывает вопросы и индивидуальная профилактическая работа общественников с нарушителями: так они и послушались, и исправились!"

Кроме того, эксперт напоминает, что крайне редко подвергшиеся семейно-бытовому насилию идут на контакт с психологами.

"Психоаналитик – это для большинства российских семей – что-то из американских фильмов, – поясняет он. – Да и семейное право по многим позициям не работает по очень простой причине – нет у нашего человека привычки «выносить сор из избы".

Тем не менее, на одном из летних митингов, в числе прочих, можно было увидеть плакат: "Бьёт, значит сядет!" Таким образом жертвы домашнего насилия требовали сурового тюремного наказания для домашних тиранов.

Что говорят социологи

Социологи Санкт-Петербургского государственного университета на протяжении четырёх месяцев в конце лета – начале осени проводили опрос общественного мнения. Выяснилось, что 16% респондентов подвергались домашнему насилию в детстве. Но большинство случаев приходится на супружеское рукоприкладство (в этом признались примерно две трети опрошенных).

В опросе участвовали 1,6 тысяч человек из разных субъектов РФ.

А по данным МВД России, за восемь месяцев 2019 года в нашей стране было зарегистрировано около 15,4 тысяч случаев домашнего насилия, жертвами которого становились женщины (для сравнения: за 2018 год – 21,4 тыс.)

Как в мире наказывают домашних тиранов

В каждой стране стараются усмирить домашних тиранов по-своему:

– в США применяется система запретительных мер – под угрозой ареста сводятся к минимуму контакты с жертвой;

– в Германии уличённый в домашнем насилии гражданин может угодить за решётку на срок от одного до 10 лет, в зависимости от тяжести преступления (вдобавок ему приходится платить штраф);

– в Англии за тиранию в быту можно заработать пять лет тюремного заключения. Причём к бытовому насилию в этой стране относят даже слежку за «половинкой»;

– в Белоруссии практикуется выселение обидчика на срок от трех до 30 суток, причём происходит это во внесудебном порядке, по решению правоохранительных органов.

Интересно, что в Швеции есть приюты для мужчин, страдающих от домашнего насилия. Один из таких домов, в которых под защитой обиженные женами, находится в Гётеборге. Когда там были, подивились, увидев грустных обитателей лет сорока и старше. Спросили: «Неужели, правда, бьют?» Пострадавшие от крепкого женского кулака подтвердили: правда. Вспомнился российский менталитет: «бьет, значит любит» и никуда, чаще всего, не жалуется…

К какому варианту защиты страдающих от домашнего насилия россиян придём мы, пока непонятно. Общественное обсуждение законопроекта продолжится до 15 декабря. Но будем надеяться на разумные решения и помнить, что «всякое насилие свидетельствует не о силе, а об ее отсутствии».

Евгения Дылева


Фото: s.yimg.com